Эпонимы как математические термины
Перейти к содержимому

Эпонимы как математические термины

  • автор:

Математические термины-эпонимы категории совокупности Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Какзанова Е.М.

Анализируются математические термины-эпонимы в свете их принадлежности к категории совокупности . Дается философская интерпретация понятия категоризации . Исходя из того, что философские категории можно уточнить как на основе логических и общематематических понятий, так и филологических, слово в статье предоставляется не только известным лингвистам-когнитологам, но и представителям философской и математической наук, известным философам и математикам . В настоящей статье рассматриваются исключительно терминологические словосочетания, которые содержат в своем составе имя собственное, а также имя нарицательное в обозначении научного понятия. Однословные термины-эпонимы, образованные безаффиксным способом от имени собственного путем метонимического переноса, а также аффиксальные производные от имени собственного, в данной статье не рассматриваются. Приводятся дефиниции рассмотренных в статье терминов-эпонимов. Из общего массива в 5000 терминов, вошедших в словарь математических терминов автора, были отобраны термины-эпонимы, представляющие математические элементы как множества. Формально философская категория совокупности соответствует математической категории множеств . При выделении лексем и соответственно терминов-эпонимов, в которых объективируется категория совокупности , автор ориентировался, в первую очередь, на апеллятивный компонент, а потом уже на значение всего математического эпонима в целом. Математические апеллятивы «алгоритм», «система», «базис», «подход», «плоскости», «группа», «фильтр», «последовательность», «формула», «род», «граф», «группоид», «класс», «циссоида», «классификации», «когомологии», «комплекс», «коцикл», «многообразие», «машина», «процесс», «сеть», «кольцо», «спектр», «символика», «универсум», «решетка» так или иначе представляют собой совокупность. Практически все термины-эпонимы, входящие в категорию совокупности , являются интернациональными, т.е. встречаются, как минимум, в двух языках, причем ономастические компоненты являются релевантным кодом научной культуры для мирового математического сообщества.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Какзанова Е.М.

MATHEMATICAL EPONYM TERMS OF SUMMATION CATEGORY

The mathematical eponym terms are analyzed in the paper from a viewpoint of the summation category they compose. The philosophical interpretation of a categorization concept is presented. Based on the fact that philosophical categories may be specified on the grounds of logical and all-mathematical, as well as philological concepts, the article provides space not only to the famous linguists-cognitologists, but also to the representatives of philosophical and mathematical sciences, and to the famous philosophers and mathematicians as well. The present paper deals exclusively with terminological phrases, which contain a proper name in the structure, as well as a common noun in the designation of a scientific concept. The eponym terms formed affixlessly from a proper name by a metonymical transfer as well as affixal derivatives formed from a proper name are not dealt with in this work. The definitions of the eponym terms presented in the article are given. Out of a total number of about 5000 terms, which constituted the author's dictionary of mathematical terms, the eponym terms representing the mathematical elements as sets have been selected. Formally, the philosophical summation category corresponds to the mathematical category of sets . While selecting the lexemes and, accordingly, the eponym terms in which the summation category is objectified, the author focused, first, on an appellative component, and, second, on the meaning of all mathematical eponym in general. The mathematical appellatives such as "algorithm", "system", "basis", "approach", "planes", "group", "filter", "sequence", "formula", "sort", "count", "grouppoide", "class", "cissoide", "classifications", "cohomology", "complex", "cocycle", "variety", "car", "process", "network", "ring", "range", "symbolics", "universum", and "lattice" represent summation in one way or another. Practically, all eponym terms composing the summation category are international, that is, they are encountered at least in two languages, and onomastic components represent a relevant code of scientific culture for the global mathematical community

Текст научной работы на тему «Математические термины-эпонимы категории совокупности»

Российский университет дружбы народов, Москва, Россия

Получена: 06.11.2016 Принята: 14.11.2016 Опубликована: 30.12.2016

МАТЕМАТИЧЕСКИЕ ТЕРМИНЫ-ЭПОНИМЫ КАТЕГОРИИ СОВОКУПНОСТИ

Анализируются математические термины-эпонимы в свете их принадлежности к категории совокупности. Дается философская интерпретация понятия категоризации. Исходя из того, что философские категории можно уточнить как на основе логических и общематематических понятий, так и филологических, слово в статье предоставляется не только известным лингвис-там-когнитологам, но и представителям философской и математической наук, известным философам и математикам. В настоящей статье рассматриваются исключительно терминологические словосочетания, которые содержат в своем составе имя собственное, а также имя нарицательное в обозначении научного понятия. Однословные термины-эпонимы, образованные безаф-фиксным способом от имени собственного путем метонимического переноса, а также аффиксальные производные от имени собственного, в данной статье не рассматриваются. Приводятся дефиниции рассмотренных в статье терминов-эпонимов. Из общего массива в 5000 терминов, вошедших в словарь математических терминов автора, были отобраны термины-эпонимы, представляющие математические элементы как множества. Формально философская категория совокупности соответствует математической категории множеств. При выделении лексем и соответственно терминов-эпонимов, в которых объективируется категория совокупности, автор ориентировался, в первую очередь, на апеллятивный компонент, а потом уже — на значение всего математического эпонима в целом. Математические апеллятивы «алгоритм», «система», «базис», «подход», «плоскости», «группа», «фильтр», «последовательность», «формула», «род», «граф», «группоид», «класс», «циссоида», «классификации», «когомологии», «комплекс», «коцикл», «многообразие», «машина», «процесс», «сеть», «кольцо», «спектр», «символика», «универсум», «решетка» так или иначе представляют собой совокупность. Практически все термины-эпонимы, входящие в категорию совокупности, являются интернациональными, т.е. встречаются, как минимум, в двух языках, причем ономастические компоненты являются релевантным кодом научной культуры для мирового математического сообщества.

Ключевые слова: математические термины-эпонимы, категоризация, категория совокупности, математика, категория множеств.

The mathematical eponym terms are analyzed in the paper from a viewpoint of the summation category they compose. The philosophical interpretation of a categorization concept is presented. Based on the fact that philosophical categories may be specified on the grounds of logical and all-mathematical, as well as philological concepts, the article provides space not only to the famous lin-guists-cognitologists, but also to the representatives of philosophical and mathematical sciences, and to the famous philosophers and mathematicians as well. The present paper deals exclusively with terminological phrases, which contain a proper name in the structure, as well as a common noun in the designation of a scientific concept. The eponym terms formed affixlessly from a proper name by a metonymi-cal transfer as well as affixal derivatives formed from a proper name are not dealt with in this work.

Peoples' Friendship University of Russia, Moscow, Russia

Received: 06.11.2016 Accepted: 14.11.2016 Published: 30.12.2016

MATHEMATICAL EPONYM TERMS OF SUMMATION CATEGORY

The definitions of the eponym terms presented in the article are given. Out of a total number of about 5000 terms, which constituted the author's dictionary of mathematical terms, the eponym terms representing the mathematical elements as sets have been selected. Formally, the philosophical summation category corresponds to the mathematical category of sets. While selecting the lexemes and, accordingly, the eponym terms in which the summation category is objectified, the author focused, first, on an appellative component, and, second, on the meaning of all mathematical eponym in general. The mathematical appellatives such as "algorithm", "system", "basis", "approach", "planes", "group", "filter", "sequence", "formula", "sort", "count", "grouppoide", "class", "cissoide", "classifications", "cohomology", "complex", "cocycle", "variety", "car", "process", "network", "ring", "range", "symbolics", "universum", and "lattice" represent summation in one way or another. Practically, all eponym terms composing the summation category are international, that is, they are encountered at least in two languages, and onomas-tic components represent a relevant code of scientific culture for the global mathematical community

Keywords: mathematical eponym terms, categorization, summation category, mathematics, category of sets.

Категоризация, или классификация сущностей мира — это, по мнению М.В. Никитина [1, с. 55], «важнейшая мыслительная операция, необходимое условие систематизации мира в сознании». «Ум человека имеет способность облекать все полученные впечатления в особые формы, сопоставлять и сравнивать их между собою, находя в них признаки сходства и различия, распределять по различным группам или категориям» [2, с. 40].

«Категоризация, считает Л.А. Манерко [3, с. 67], представляет собой тот аспект мыслительной деятельности, который непосредственно связан с функционированием человеческой личности в обществе, освоением окружающего мира и умением не просто классифицировать окружающие явления на какие-то классы, но и воплотить через это умение свое понимание и объяснение действительности».

Под системой философских категорий понимается «множество важнейших исторически сложившихся универсалий (общих понятий), через которые можно определить другие общие понятия, выразить знание. Философские категории суть фундаментальные универсальные понятия, в совокупности позволяющие отразить любое явление и само мироздание всесторонне, во всем многообразии. Философские категории можно уточнить как на основе логических и общематематических понятий, так и филологических» [4, с. 25].

По мнению З.Д. Поповой и И.А. Стернина [5, с. 127], «понятие категоризации относится к центральным, основополагающим понятиям когнитиви-стики в целом и когнитивной лингвистики в особенности». Е.С. Кубрякова [6, с. 244] определяет категоризацию как «главный способ придать восприятию мира упорядоченный характер, систематизировать как-то наблюдаемое и увидеть в нем сходство одних явлений в противовес различию других». З.Д. Попова и И.А. Стернин [5] выделяют универсальные суперклассифици-рующие признаки, которые могут быть применены к любому предмету или явлению, — временная характеристика, пространственная характеристика, общая оценка, эмоция. Эти категории формируют смысловой каркас языка.

В настоящей статье рассматривается категория совокупности, присущая математическим терминам-эпонимам. Эпонимом называется термин, ко-

торый содержит в своем составе имя собственное, а также имя нарицательное в обозначении научного понятия (теорема Бернулли). Термины-эпонимы, образованные безаффиксным способом от имени собственного путем метонимического переноса (Ампер), а также аффиксальные производные от имени собственного (якобиан) в данной статье не рассматриваются.

Математик В. А. Стеклов писал: «Названия чисел у многих народов равно-значущи с некоторыми простейшими совокупностями, которые всегда были у них на виду и служили для них прямым средством чувственного сравнения всех других совокупностей с этими остальными. Так, у китайцев «два» значит то же, что уши, у готтентотов — то же, что руки, у тибетцев — два крыла птицы. Корень числительного «пять» (pente) связывают иногда с санскритскими и персидскими словами, равнозначащими русскому слову «пятерня», т.е. кисть руки с пятью растопыренными пальцами. У некоторых народов Америки и Австралии «шесть» означает: «рука и один палец с другой руки», «десять» — «две руки» и т.п.

Достаточно было, — продолжает В.А. Стеклов, — ограничиваться совокупностями, содержащими не более 12 предметов. Употребление больших чисел считалось ненужным, бесполезным и даже вредным» [2, с. 90].

Осмысление мира в категории совокупности связано с представлением математических элементов как множества, относительно которого выводятся определенные закономерности. Формально она соответствует математической категории множеств. При выделении категории совокупности в математических терминах-эпонимах мы обработали массив приблизительно в 5000 терминов, которые вошли в составленный нами словарь математических терминов-эпонимов [7]. При подсчете оказалось, что общий исследуемый нами массив терминов-эпонимов оперирует всего 433 апеллятивами.

Категория совокупности объективируется в следующих лексемах и соответственно терминах:

Алгоритм Данцига (нем. Algorithmus von Dantzig) — алгоритм для нахождения кратчайших путей ко всем вершинам планарного направленного графа. Назван в честь американского математика Джорджа Данцига (1914-2005).

Согласно теории алгоритмов алгоритмом называют систему правил, сформулированную на понятном исполнителю языке, определяющую процесс перехода от допустимых исходных данных к некоторому результату и обладающую свойствами массовости, конечности, определенности, детерминированности. Слово «алгоритм» происходит от имени великого среднеазиатского ученого VIII-IX веков Аль-Хорезми (Хорезм — историческая область на территории современного Узбекистана). В 1684 году Лейбниц впервые использовал слово «алгоритм» в значении систематического способа решения проблем дифференциального исчисления. Понятие «алгоритм» принадлежит к фундаментальным понятиям современной математики [8]. По мне-

нию Ю.Л. Ершова и др., слова «алгоритм», «эффективный», «вычислимый», «эффективно вычислимый» и т.п. встречаются в современной литературе по математике и философии науки часто. Тем не менее они остаются, считают Ю.Л. Ершов и К.Ф. Самохвалов, «скорее общекультурными, чем строго научными. Правила их употребления жестко не фиксированы, из-за чего возникают недоразумения» [9, с. 64].

Аксиоматическая система теории множеств фон Неймана (нем. von Neumann-Bernaysscher Aufbau der Mengenlehre)

Вычислимость по Тьюрингу (нем. Turing-Aufzählbarkeit/Turing-Bere-chenbarkeit).

Базис Картана-Вейля (нем. Cartansche Basis). Термин «базис» употребляется у Евклида, Аристарха, Архимеда. В русском языке встречается с 1499 года в виде «базес» [10, с. 17].

Подход Осгуда (нем. Osgood'sche Betrachtungen).

Плоскости Люнебурга (нем. Lüneburg-Ebenen).

Группа Магнуса (нем. Magnussche Gruppe).

Фильтр Бурбаки (нем. Bourbaki-Filter).

Семейство поверхностей Ламе (нем. Lamesche Flächenschar) — множество поверхностей, непрерывно зависящих от одного или нескольких параметров.

Последовательность Лапласа (нем. Laplace-Folge) — последовательность конгруэнции в трехмерном проективном пространстве, в которой каждые две соседние конгруэнции образованы касательными к двум семействам линий сопряженной сети одной поверхности (фокальной поверхности конгруэнции).

Формула Лейбница (нем. Leibnizsche Formel, англ. Leibniz formula) -обобщение правила дифференцирования произведения (и отношения) двух функций на случай n-кратного дифференцирования.

Род Тодда (нем. Toddsches Geschlecht).

Эйлеров граф (нем. Eulerscher Graph) — это совокупность непустого множества вершин и наборов пар вершин (связей между вершинами), содержащая эйлеров цикл.

Группоид Пуанкаре (нем. Poincaresches Gruppoid).

Частичная интеграция Дюбуа-Реймона (нем. Du Bois-Reymond'sche partielle Integration).

Циссоида Заградника (нем. Zahgradnicsche Kissoide).

Архимедов класс (нем. archimedische Klasse) — это класс разбиения, индуцируемого архимедовым отношением эквивалентности на линейно упорядоченной полугруппе.

Малеровская классификация чисел (нем. Mahlersche Klasseneinteilung). В 30-е годы ХХ века австралийским математиком немецкого происхождения К. Малером (1903-1988) и голландским математиком Ф. Коксмой (1904-1964) были предложены две близкие классификации действительных и комплекс-

ных чисел. Пусть х — это вещественное или комплексное число. К. Малер построил классификацию чисел х, основанную на приближении к нулю значений многочленов в х [11].

Когомологии Вейля (нем. Weilsche Kohomologie, англ. Weil cohomology) -когомологии алгебраических многообразий с коэффициентами в поле нулевой характеристики, обладающие формальными свойствами, необходимыми для получения формулы Лефшеца для числа неподвижных точек.

Комплекс Козюля (нем. Koszul-Komplex). Согласно определению комплекс Козюля есть тензорное произведение коммутативной алгебры над некоторым коммутативным кольцом к и внешней алгебры свободного к-модуля с базисом е [12].

Правило суммирования Эйнштейна (нем. Summationskonvention von Einstein) — правило упрощенной (без символа Е) записи конечной суммы, каждое из слагаемых которой содержит идекс суммирования дважды: один раз как верхний индекс, второй раз как нижний индекс.

Коцикл Тейхмюллера (нем. Teichmüllerscher Kozyklus). У математика О. Тейхмюллера (1913-1943) встречается трехмерная группа когомологий, причем он привел соотношение, определяющее трехмерный коцикл [13].

Многообразие Веронезе (нем. Veronesesche Mannigfaltigkeit) — это множество всевозможных мономов от x0 до xn полной степени d, в которые отображение, заданное при помощи биномиального коэффициента, отправляет точку [x0: . : x„].

Машина Тьюринга (нем. Turing-Maschine, англ. Turing machine).

В.В. Целищев приводит замечание Витгенштейна по поводу машины Тьюринга («даже если Витгенштейн не совсем понимал суть этого математического понятия»): «Машины Тьюринга — это просто люди, которые вычисляют» [14, с. 4]. «При обсуждении тезиса Черча-Тьюринга появляются «новые обстоятельства», так называемая «машина Ганди». Все, что вычислимо машиной Тьюринга, вычислимо и машиной Ганди. Различие между машинами Тьюринга и машиной Ганди состоит в том, что последняя включает параллелизм. Если Тьюринг опирался на человеческие вычисления, то Ганди — на машинные». Таким образом, по мнению В.В. Целищева, имеются два понимания тезиса Черча-Тьюринга: человеческое и машинное [15, с. 141-144]. В.Ф. Панов отмечает, что «изучение «машин Тьюринга» стало обязательной частью учебных программ для будущих математиков и программистов» [8, с. 541].

Множество Бэра (нем. Bairesche Menge). Г. Вейль [16, с. 42-43] писал: «Например, мы говорим о множестве всех четных чисел, о множестве простых чисел, о множестве всех точек, лежащих на данной прямой. Следует особенно остерегаться того представления, будто подобное множество как бы собрано из его отдельных элементов. То обстоятельство, что мы знаем какое-либо множество, означает лишь, что нам дано какое-нибудь характерное для

его элементов свойство. Только в случае конечных множеств наряду с общим описанием может существовать и индивидуальное описание, состоящее в указании каждого из его элементов». Это означает, что, по представлениям Г. Вейля, термины-эпонимы с апеллятивом множество (Menge) следовало бы включить в категорию свойства, с чем мы категорически не согласны.

Сеть Коши (нем. Cauchy-Netz). Сеть в Х называют «сетью Коши», или «фундаментальной сетью», если фильтр ее хвостов есть фильтр Коши. Аналогичный смысл вкладывают в неэпонимичный термин «фундаментальная последовательность».

Гауссовский процесс (нем. Gaußscher Prozess) в теории случайных процессов — это вещественный процесс, чьи конечномерные распределения гауссовские.

Пифагорова четверка чисел (нем. phythagoreisches Zahlenquadrupel) -это кортеж целых чисел a, b, c и d. Геометрически пифагорова четверка определяет прямоугольный параллелепипед с длинами сторон |a|, |b| и |c|, диагональ которого имеет длину d. Пифагоровы четверки также называются пифагоровыми блоками.

База фильтра Фреше (нем. Frechet-Raster).

Ряд Фредгольма (нем. Fredholmsche Reihe).

Фробениусово кольцо (нем. Frobenius-Ring). Понятие кольца было введено Дедекиндом в 1879 году [10]. Термин «кольцо» впервые появился в работах Гильберта [8].

Решето Сельберга (нем. Sieb von Selberg, англ. Selberg sieve) — количество элементов конечного множества.

Спектр Лагранжа (нем. Lagrange-Spektrum) — это множество постоянных Лагранжа в проблеме рациональных приближений действительных чисел.

Символика Аронгольда (нем. Aronholdsche Symbolik).

Пифагорова тройка (нем. Pythagoreisches Tripel) — кортеж из трех натуральных чисел, удовлетворяющих соотношению Пифагора.

Универсум Кантора (нем. Cantorsches Universum).

В.Ф. Панов отмечает, что «выдающийся немецкий математик Георг Кантор (1845-1918) был человеком верующим. Хотя у него не было твердых религиозных убеждений и он метался между кальвинизмом и католицизмом, высказывалось мнение, что основная идея Кантора об эквивалентности части бесконечного множества всему множеству возникла у него по аналогии с христианской доктриной о трех ипостасях (Отец, Сын и Дух Святой) единого Бога, каждая из которых также является Богом» [8, с. 94].

Дедекиндова решетка (нем. Dedekindscher Verband) — это решетка, в которой справедлив модулярный закон.

Многообразие Бернсайда (нем. Burnsidische Vielfältigkeit). Термин «многообразие» был введен Риманом в знаменитой лекции «О гипотезах, лежащих в основании геометрии» [8].

Байесовский подход (нем. Bayessches Vorgehen).

Цикл Виеториса (нем. Vietorisscher Zyklus). Истинный цикл образует группу.

Выделяя лексемы и, соответственно, термины-эпонимы, в которых объективируется категория совокупности, мы ориентировались в первую очередь на апеллятивный компонент, а потом уже на значение всего математического эпонима в целом. Математические апеллятивы «алгоритм», «система», «базис», «подход», «плоскости», «группа», «фильтр», «последовательность», «формула», «род», «граф», «группоид», «класс», «циссоида», «классификации», «когомологии», «комплекс», «коцикл», «многообразие», «машина», «процесс», «сеть», «кольцо», «спектр», «символика», «универсум», «решетка» так или иначе представляют собой совокупность. Мы включали в данную категорию термины-эпонимы, представляющие математические элементы как множества. Если перечисленные здесь апеллятивы входили в другие математические термины-эпонимы, мы не включали их в настоящую статью (например, «нетерово кольцо», «множество Холла» и т.д.).

Как видим, практически все термины-эпонимы, входящие в категорию совокупности, являются интернациональными, т.е. встречаются в нескольких языках, причем ономастические компоненты являются релевантным кодом научной культуры для мирового математического сообщества.

1. Никитин М.В. Развернутые тезисы о концептах // Вопросы когнитивной лингвистики. — № 1. — 2004. — С. 53-64.

2. Стеклов В.А. Математика и ее значение для человечества. — М.: Либроком,

3. Манерко Л. А. Аспекты моделирования ментальных процессов при описании терминосистемы // Терминология и знание: материалы I-го Междунар. симпоз.; Москва, 23-24 мая 2008 г. — М., 2009. — С. 65-77.

4. Вечтомов Е.М. Философия математики. — Киров: Радуга-ПРЕСС, 2013.

5. Попова З.Д., Стернин И. А. Когнитивная лингвистика. — М.: АСТ: Восток-Запад, 2007.

6. Кубрякова Е.С. О понятиях места, предмета и пространства // Логический анализ языка. Языки пространств. — М.: Языки русской культуры, 2000. — С. 84-92.

7. Какзанова Е. М. Терминологический математический словарь: Математика и все, что с ней связано, на немецком, английском и русском языках. — М.: Астрель: АСТ, 2009.

8. Панов В.Ф. Современная математика и ее творцы. — М.: Изд-во МГТУ им. Баумана, 2011.

9. Ершов Ю.Л., Самохвалов К.Ф. Современная философия математики: недомогания и лечение. — Новосибирск: Параллель, 2007.

10. Александрова Н.В. История математических терминов, понятий, обозначений: словарь-справочник. — М.: Изд-во ЛКИ, 2008.

11. Бударина Н.В. Метрическая теория совместных диофантовых приближений в полях действительных, комплексных и p-адических чисел: автореф. дис. . д-ра физ.-мат. наук. — М.: Изд-во МГУ им. М.В. Ломоносова, 2013.

12. Голод Е.С. Комплекс Шафаревича и его применения: автореф. дис. . д-ра физ.-мат. наук. — М.: Изд-во МГУ им. М.В. Ломоносова, 1999.

13. Востоков С.В., Шафаревич И.Р. Гармония в алгебре. К столетию со дня рождения члена-корреспондента АН СССР Дмитрия Константиновича Фадеева [Электронный ресурс]. — URL: http://www.euler-foundation.org/?page_id=39 (дата обращения 29.10.2016).

14. Целищев В.В. История тезиса Черча // Гуманитарные науки в Сибири. Сер. Философия и право. — 2009. — № 1. — С. 3-8.

15 Целищев В.В. Тезис Черча. — Новосибирск: Параллель, 2008.

16 Вейль Г. О философии математики: пер. с нем. — М.: КомКнига, 2005.

1. Nikitin M.V. Razvernutye tezisy o kontseptakh [The explicate theses on concepts]. Voprosy kognitivnoi lingvistiki, 2004, no. 1, pp. 53-64.

2. Steklov V.A. Matematika i ee znachenie dlia chelovechestva [Mathematics and its significance for the mankind]. Moscow, Librokom Publ., 2010.

3. Manerko L.A. Aspekty modelirovaniia mental'nykh protsessov pri opisanii terminosistemy [Aspects of modeling mental processes in describing a term system]. Materialy I Mezhdunarodnogo simpoziuma "Terminologiia i znanie" [Proc. I Int. Symp. "Terminology and knowledge"]. Moscow, 2009, pp. 65-77.

4. Vechtomov E.M. Filosofiia matematiki [Philosophy of mathematics]. Kirov, Raduga-PRESS Publ., 2013.

5. Popova Z.D., Sternin I.A. Kognitivnaia lingvistika [Cognitive linguistics]. Moscow, AST, Vostok-Zapad Publ., 2007.

6. Kubriakova E.S. O poniatiiakh mesta, predmeta i prostranstva [On the concepts of place, subject and space]. Logicheskii analiz iazyka. Iazyki prostranstv. Moscow, Iazyki russkoi kul'tury Publ., 2000, pp. 84-92.

7. Kakzanova E.M. Terminologicheskii matematicheskii slovar': Matematika i vse, chto s nei sviazano, na nemetskom, angliiskom i russkom iazykakh [Terminological mathematical dictionary: Mathematics and everything related to it in the German, English and Russian languages]. Moscow, Astrel, AST Publ., 2009.

8. Panov V.F. Sovremennaia matematika i ee tvortsy [Modern mathematics and its creators]. Moscow, MGTU im. Baumana, 2011.

9. Ershov Iu.L., Samokhvalov K.F. Sovremennaia filosofiia matematiki: nedo-moganiia i lechenie [Modern philosophy of mathematics: indispositions and treatment]. Novosibirsk, Parallel' Publ., 2007.

10. Aleksandrova N.V. Istoriia matematicheskikh terminov, poniatii, oboznache-nii: Slovar'-spravochnik [History of mathematical terms, concepts, designations: Dictionary and Reference-book]. Moscow: Izdatel'stvo LKI, 2008.

11. Budarina N.V. Metricheskaia teoriia sovmestnykh diofantovykh priblizhenii v poliakh deistvitel'nykh, kompleksnykh i p-adicheskikh chisel [The metric theory of joint diophantine approximations in the fields of the real, complex andp-adic numbers]. Abstract of the thesis of the Doctor of Physics and Mathematics. Moscow, Lomonosov Moscow State University, 2013.

12. Golod E.S. Kompleks Shafarevicha i ego primeneniia [Shafarevich's complex and its applications]. Abstract of the thesis of the Doctor of Physics and Mathematics. Moscow, Lomonosov Moscow State University, 1999.

13. Vostokov S.V., Shafarevich I.R. Garmoniia v algebre [Harmony in algebra]. Available at: http://www.euler-foundation.org/?page_id=39 (accessed 29 Oct. 2016).

14. Tselishchev V.V. Istoriia tezisa Chercha [History of the Church thesis]. Gumanitarnye nauki v Sibiri. Seriia "Filosofiia ipravo", 2009, no. 1, pp. 3-8.

15. Tselishchev V.V. Tezis Chercha [Church thesis]. Novosibirsk, Parallel' Publ.,

16. Veil' G. O filosofii matematiki [About philosophy of mathematics]. Moscow, KomKniga Publ., 2005.

Сведения об авторе

КАКЗАНОВА Евгения Михайловна

Доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры иностранных языков, Российский университет дружбы народов (Москва, Россия)

About the author

Evgeniya M. KAKZANOVA

Doctor of Philological Sciences, Associate Professor, Department of Foreign Languages, Peoples' Friendship University of Russia (Moscow, Russia)

Реферат: Лингвокогнитивные и культурологические особенности научного дискурса (на материале математических и медицинских терминов-эпонимов)

Защита состоится «___» ___________ 2011 г. в « » час. на заседании диссертационного совета Д.002.006.03 в Учреждении Российской Академии наук Институте языкознания по адресу: 125009, г. Москва, Б. Кисловский пер., д. 1, стр. 1, конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института языкознания.

Автореферат разослан «____» ____________ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая диссертационная работа выполнена в русле малоизученного направления в современной лингвистике – представления культурного знания в узкоспециальном научном негуманитарном дискурсе.

Как известно, в составе научной терминологии выделяются разные типы терминов. Мы выбрали в качестве объекта исследования термины-эпонимы как показательные термины, характерные для научных текстов и, шире, научного дискурса. В диссертации рассматриваются текстовый и дискурсивный аспекты функционирования терминов-эпонимов в математической и медицинской науках.

Эпонимом называется термин, который содержит в своем составе имя собственное (антропоним или топоним), а также имя нарицательное в обозначении научного понятия (хопфова группа/Hopfsche Gruppe/Hopf group). Также термин-эпоним может быть образован безаффиксным способом от имени собственного (антропонима или топонима) путем метонимического переноса (Ампер, Agnesi). Третью группу составляют аффиксальные производные от имени собственного (антропонима или топонима) (якобиан, улексит). Две последние группы малочисленны.

Имя собственное в структуре термина-эпонима делает его хранителем культуры и истории, «чтобы прошлое продолжалось в будущем, чтобы не было допущено обеднение нас великими богатствами прошлого» (Н.А. Бердяев1). Исторический характер исследования, такой очевидный, благодаря историческому имени собственному во внешней структуре термина-эпонима, непременно дополняется культурным знанием, скрытым под этой внешней структурой. В нашем исследовании история тесно связана с культурой.

При выборе объекта исследования мы исходили из возросшего в научном мире лингвистического интереса к сопоставительному анализу текстов из разных специальных областей. В математических и медицинских текстах уже существует и вновь появляется большое количество терминов-эпонимов. В то же время наблюдается недостаточность их систематизации и лексикографической фиксации.

Актуальность исследования связана с необходимостью выявления исторической и культурной составляющей научного дискурса, дополняющей собственно лингвистическое и лингвокогнитивное изучение языка науки, в том числе в прикладном аспекте.

Культура – это наследственный «пучок представлений, понятий, знаний, ассоциаций, переживаний»1, который живет лишь в диалоге с другими культурами. Этот «пучок» аккумулирован, прежде всего, в языке и текстах, в лексических единицах и фразеологии. Применительно к данному исследованию мы можем говорить об историческом знании математического и медицинского сообществ, аккумулированном в математических и медицинских терминах-эпонимах, и о его включенности в общечеловеческое знание. Математики и медики сохранили в понятиях своих наук память об ученых, математиках и медиках. Наличие в научных текстах (например, в немецких) большого количества терминов-эпонимов связано, как нам представляется, с антропоцентризмом науки, причем не только такой очевидной, как медицина, но и математики. Именно благодаря терминам-эпонимам можно говорить об антропоцентричности математического и медицинского знания в отличие от других наук, в которых термины-эпонимы, безусловно, присутствуют, но являются не столь показательными. Главным в нашем исследовании является то, что при анализе текста и дискурса в качестве объекта изучения выступает, прежде всего, личность, человек. Таким образом, антропоцентричность исследования выводит нас как на уровень дискурса, так и когнитивной деятельности, поскольку эти понятия тесно связаны друг с другом.

Гипотеза данной работы состоит, во-первых, в том, что обязательным компонентом терминологии, формирующей научный дискурс, является культурная составляющая, и, во-вторых, что культурные концепты, отраженные в терминах-эпонимах, являются составной частью научных текстов любых специальностей, включая точные и естественные науки.

Целью настоящей работы является лингвокогнитивное и лингвокультурологическое исследование терминов-эпонимов в научных математических и медицинских текстах, а также выявление антропоцентрического аспекта при анализе языка (прежде всего в языке математики).

Такая формулировка цели исследования связана с поиском решения серьезной научной проблемы: сопоставительного анализа математических и медицинских терминов-эпонимов и выхода на уровень научного дискурса, под которым мы понимаем, прежде всего, коммуникативную деятельность. Если рассматривать научный текст как акт коммуникации между автором и научным сообществом, предполагающий реакцию в форме интертекстуальности (например, рецензии, ссылок или цитат) и подчеркивающий такой признак научного дискурса, как диалогичность, то есть направленность на узкий круг специалистов в данной научной сфере, то наше исследование, несомненно, можно назвать дискурсивным. Хотя медицинский дискурс выделяется как вид специализированного дискурса, мы в настоящей работе говорим о научном дискурсе в целом со всеми его признаками и характеристиками (интеракциональности, интенциональности, адресности, обязательности инференции – выводного знания, системы воздействия на человека – диалогичности), рассматривая медицинские тексты и медицинские термины-эпонимы в рамках научного дискурса. Какие бы разные мнения ни существовали о структуре дискурса, компонент «текст» присутствует всегда. Именно тексты и подлежат изучению при анализе дискурса, однако с выходом на другой, глубинный уровень дискурса, который невозможно вскрыть без привлечения широкого социокультурного контекста. По мнению Г.Н. Манаенко, существует четыре компонента структуры дискурса: среда, социальный субъект, содержание и текст с его спецификой отбираемых языковых средств.

Достижение цели исследования связано с решением следующих частных задач, которые одновременно являются этапами анализа:

1) Анализ принципов лексикографической фиксации терминов-эпонимов в существующих математических и медицинских терминологических словарях на разных языках. Речь идет о пункте 4.5. «Отражение терминов-эпонимов в существующих математических и медицинских словарях» в тексте диссертации.

2) Выработка параметров многоаспектной классификации терминов-эпонимов.

3) Построение многоаспектной классификации математических терминов-эпонимов.

4) Построение многоаспектной классификации медицинских терминов-эпонимов.

5) Выявление категориальных признаков терминов-эпонимов в математическом дискурсе на основе анализа отношений между персонологическим и базисным компонентами эпонимических терминов.

^ На защиту выносятся следующие положения:

1. Термины-эпонимы представляют собой не номенклатуру, не фамильные номены, а знаки-уникумы. Имена собственные (антропонимы), входящие в состав этих знаков-уникумов, призваны идентифицировать и индивидуализировать обозначаемое понятие. Различный диапазон функционального действия антропонимов и знаков-уникумов обусловлен спецификой статуса антропонима и имени-уникума. Между антропонимами и существительными класса Unica (терминология М.Я. Блоха и Т.Н. Семеновой1) имеется существенное различие, состоящее в том, что в обычном употреблении имена личные актуализируют индивидуализирующие речевые смыслы в идиолектах носителей языка, в то время как знаки-уникумы реализуют индивидуализирующую функцию в рамках общенационального языка.

2. В составе наиболее продуктивной сферы метафорического осмысления научного знания – сферы человек – выделяется метафорическая модель «Деятельность человека» (по терминологии С.Л. Мишлановой2). Эта модель представлена максимальным количеством математических (67%) и большим количеством медицинских (33%) апеллятивов, входящих в состав терминов-эпонимов этих наук, что свидетельствует об антропоцентричности не только подъязыка медицины, но и математики.

3. Сопоставление словообразовательных классификаций терминов-эпонимов в подъязыках математики и медицины позволяет сделать вывод об их различных словообразовательных потенциях. Хотя по своей структуре как математические, так и медицинские термины-эпонимы представляют собой в основном сложные слова и терминологические словосочетания, их словообразовательные модели различны.

4. Рассмотрение содержательной стороны терминов-эпонимов в подъязыках математики и медицины позволяет сделать вывод об их различных метафорических потенциях. Наряду с общей метафорической моделью «Деятельность человека» апеллятивные термины в составе медицинских и математических эпонимов представлены также природными, органистическими (поведение человека, органы и их функции, части тела, пять чувств, родственные отношения – например, Kupffer-Sternzellen, Kratschmer-Reflex) и философскими метафорами. Для медицинских терминов-эпонимов были выделены также математические и юридические метафорические модели, а для математических терминов-эпонимов – зоометафоры.

5. Выделение когнитивных и культурологических параметров классификации научных терминов-эпонимов способствует их категоризации и систематизации в сознании как специалистов-математиков, так и неспециалистов. На основе когнитивного образного осознания концепта в диссертации выделяются следующие категории: пространства, совокупности, части с подкатегориями величин, образа, фигуры, выражения, категория/концепт науки, категории объекта, процесса, действия, свойства, явления, умозрительного явления, изменения, сходства, выбора, средства; модус суждения, утверждения, результата, постановки вопроса. В дальнейшем применение категориального анализа как инструмента моделирования терминосистемы можно использовать с целью отбора терминов в словарь, с целью формирования базовой терминологии и с целью установления переводных словарных соответствий.

6. Гендерная характеристика математических и медицинских терминов-эпонимов, то есть принадлежность антропонима в их составе ученому-женщине или ученому-мужчине, свидетельствует об андроцентричности эпонимов, а также о преобладании мужской картины мира в математической и медицинской науках. Представленность женщин-ученых в математических терминах-эпонимах ограничивается шестью фамилиями – Эмми Нётер, Мария Гаэтана Аньези, Мари-Софи-Жермен, Софья В. Ковалевская, Рут Муфанг. Представленность женщин-ученых в медицинских терминах-эпонимах ограничивается тремя фамилиями – Р.Я. Голант, Г.Е. Сухарева и Хильдегард фон Бинген.

^ Теоретическими предпосылками исследования являются следующие положения:

— Дискурс, представляющий собой сложную когнитивную структуру, в основе которой лежит отражаемое в языке соответствие между нашим представлением о мире и репрезентацией этого представления в языке, – это, прежде всего, коммуникативная деятельность (Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, В.М. Лейчик).

— Термины-эпонимы представляют собой уникальные понятия, индивидуальность которых отражают имена собственные. В медицинской науке был период, когда некоторые инфекции просто нумеровались (третья, четвертая, пятая, шестая болезни). В математике и физике говорят о первом законе Ньютона, втором законе Ньютона, третьем законе Ньютона, но без имени собственного (Ньютон) термины «первый закон», «второй закон», «третий закон» были бы непонятны.

— Проблема знания является одной из важнейших в исследовании языка для специальных целей и его основной лексической формы – терминологии, а с целью реализации главной функции языка науки, состоящей в фиксации и передаче специального знания, используются термины-эпонимы.

— Культурологический аспект отражен в памяти человечества, аккумулированной в терминах-эпонимах. Представление культурного знания в математическом и медицинском дискурсах – это свидетельство дополнительных возможностей исследования и осмысления медицинской и математической наук.

— Когнитивный, исторический и культурный подходы к терминам-эпонимам тесно взаимосвязаны.

Для решения поставленных задач в работе применяются следующие методы и методики исследования:

1) описательно-аналитический метод, который предусматривает анализ исследуемого материала с последующим обобщением полученных результатов;

2) метод описания семантики: дефиниционный анализ, связанный с такими основными типами представления значения как толкование и выявление семантических компонентов. Этот метод явился практически основным при выявлении категорий математических терминов-эпонимов, метафорических моделей медицинских и математических терминов-эпонимов, а также синонимических и антонимических отношений, рассмотрении наиболее употребительных лексем немецких математических текстов и составлении Терминологического энциклопедического словаря1;

3) историко-описательный метод, который позволил показать процесс становления математической и медицинской терминологий;

4) метод когнитивного анализа, направленный на изучение того, в виде каких ментальных репрезентаций хранится информация в голове человека;

5) сопоставительный анализ – в нашем случае проводилось сравнение отобранных на материале математических и медицинских научных текстов терминов-эпонимов друг с другом, то есть сопоставление терминов, входящих в разные терминосистемы, а также сравнение математических немецких терминов-эпонимов с английскими и русскими вариантами;

6) методика критики словарей с целью выявления наличия или отсутствия терминов-эпонимов;

7) метод микросоциологии, под которым мы понимаем дискурсивное исследование терминологии на основании Интернет-контактов с математиками России и других стран с целью заполнения энциклопедической части «Терминологического энциклопедического словаря».

^ Научная новизна диссертации определяется разработкой системного описания эпонимической составляющей научного дискурса с лингвокогнитивных позиций и с позиций прикладной лингвистики. В работе выделены и проанализированы категории математических терминов-эпонимов, что позволило обнаружить особенности синтеза специального и культурного знания в узкоспециальном научном дискурсе. Существенно расширен список словообразовательных моделей математических и медицинских терминов-эпонимов. Проанализированы ранее не исследованные гендерные характеристики математических терминов-эпонимов. Разработаны принципы составления энциклопедического словаря математических терминов-эпонимов, включающие элементы метода микросоциологии.

^ Теоретическая значимость работы заключается в постановке и решении проблемы выявления культурного знания в узкоспециальном научном негуманитарном дискурсе на основе сравнительного анализа эпонимических терминов двух разных наук – математики и медицины. Введенные в диссертации термины и понятия (мегаязык науки, фамильный (именной) термин, математическое терминоведение, знаки-символообозначения, андрогенизация математической и медицинской науки) вносят определенный вклад в теорию терминологии и языков для специальных целей.

^ Практическая ценность работы заключается в составлении «Терминологического энциклопедического словаря: математика и все, что с ней связано, на немецком, английском и русском языках», включающего около 1500 имен и приблизительно 5000 именных терминов. Основные положения и выводы диссертационного исследования можно применять в курсах лекций и при проведении семинарских занятий по прикладной лингвистике, когнитивной лингвистике, лингвокультурологии, терминоведению, терминографии. Конкретные результаты работы можно рекомендовать студентам, аспирантам-математикам и аспирантам-медикам и молодым ученым с целью повышения науковедческого уровня, а также использовать при написании работ по истории математической и медицинской наук, в лексикографической практике при составлении словарей и энциклопедий и в практике перевода.

Конкретным материалом, на основании которого проводилось исследование, послужили монографии классиков немецкой математической науки Карла Фридриха Гаусса, Курта Отто Фридрихса, Иоганна (Иогана) Радона, Эрнста Витта, Эмми Нётер, Элвина Бруно Кристоффеля, монографии по математике и диссертационная работа современных немецкоязычных авторов, научные статьи, опубликованные в немецких математических журналах с 1969 по 2008 годы, а также монографии по медицине, словари медицинских терминов-эпонимов, научные статьи по медицинской тематике и инструкции по употреблению лекарственных препаратов. Всего было проанализировано более 15.000 страниц математического и более 6000 страниц медицинских текстов. Значительно бóльшая репрезентативность математических текстов вызвана тем, что в отличие от математической, медицинская терминология довольно часто становилась объектом лингвистического анализа, поэтому было решено не повторять анализ конкретного медицинского материала и воспользоваться многочисленными исследованиями медицинских текстов в современной языковедческой науке. Сокращение исследуемого материала допустимо еще и потому, что сравнительная характеристика математических и медицинских терминов-эпонимов в процентном отношении дает достоверные результаты, которые при увеличении материала исследования будут лишь подтверждаться.

^ Апробация результатов исследования. Материалы диссертации отражены в 35 публикациях общим объемом свыше 70,0 п. л., включая монографию (10,3 п.л.), «Терминологический энциклопедический словарь» (24,1 п.л.), 31 статью (16,4 п.л.), в том числе девять статей в научных изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России, и два учебных пособия (24,0 п.л.). Результаты проведенного исследования докладывались на совете Кафедры иностранных языков РАН, на заседании кафедры Иностранных языков Института языкознания РАН, на заседании сектора прикладного языкознания Института языкознания РАН, на международных научных, научно-практических и научно-методических конференциях и семинарах в Москве, Ялте, Пятигорске, Челябинске, Днепропетровске.

Результаты исследования вошли в пособия по чтению и переводу специального текста, курс лекций «Лексикология современного немецкого языка» (электронная версия), практические занятия с аспирантами кандидатского семестра.

^ Объем и структура работы. Структура, содержание и объем диссертационной работы определяются основной целью и поставленными задачами. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованной литературы, списка лексикографических источников, списка энциклопедических источников, списка периодических изданий и трех приложений.

^ СОДЕРЖАНИЕ И ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Во Введении определяются актуальность выбранной темы, ее научная новизна, ставятся цели и задачи, указываются методы и материалы исследования, теоретическая значимость и практическая ценность проведенного исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

^ Первая глава – «Научный дискурс в лингвокогнитивном и культурологическом аспектах» состоит из 7 разделов и содержит теоретические подходы к описанию лингвокогнитивных и культурологических особенностей языка науки.

Основной особенностью лингвокогнитивного и культурологического направления в науке является перенос акцента в научных исследованиях с объекта на человеческую субъективность, формируемую работой сознания, что ориентирует субъекта на постижение смысла феноменов культуры, на ее содержание (раздел «Когнитивный аспект языка науки»). Эта мысль исключительно важна для нашего исследования, поскольку за анализируемыми языковыми единицами (терминами-эпонимами) стоит в первую очередь человеческая личность.

При рассмотрении особенностей представления знания в математических и медицинских научных текстах мы обратились к понятию «фрейм» (раздел «Понятие фрейма в научном знании»). После Марвина Ли Минского, который первым ввел термин «фрейм», к его трактовке обращались многие ученые (Ю.С. Степанов, Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, В.И. Карасик, Н.Н. Болдырев, А.А. Ворожбитова, М.Н. Володина и др.). Мы придерживаемся определения, согласно которому фрейм – это организация представлений, хранимых в памяти (человека или компьютера), а также структура данных для представления стереотипных ситуаций. Коммуникативная ситуация, подразумевающая общение с собеседником, фактически означает вхождение в его понятийное поле. Для достижения понимания понятийный аппарат адресанта и его фреймы в целом должны совпадать с понятийным аппаратом и фреймами реципиента. Однако, сходство когнитивных моделей (фреймов) отдельных речевых актов не обусловливает сходства когнитивных моделей (схем и скриптов) дискурсивных событий, в которых они реализуются, что полностью подтверждается в нашем практическом анализе при работе с информантами, отвечающими на сформулированные нами вопросы о терминах-эпонимах. Отсутствие в сознании коммуникантов сходных когнитивных моделей текущего дискурсивного события лишает их возможности полностью адаптировать свои коммуникативные действия к поведению друг друга – в лучшем случае это удается сделать лишь частично, на уровне отдельных дискурсивных ходов. Негативные последствия коммуникации такого рода очевидны: общение в рамках данного формата либо вообще не состоится, так как один из собеседников просто не поддержит затронутой темы, либо оно примет «необычную» форму, поскольку один из собеседников не будет задавать «нужных» вопросов, давать «нужные» ответы и в целом реагировать «должным» образом.

Раздел «^ Лингвокультурологический аспект исследования» начинается с мысли Э. Косериу о том, что в качестве передаваемого знания знание языка есть факт культуры. Культурно-обусловленные компоненты, отражающие национальную картину мира на уровне слов и словосочетаний – это, в частности, имена собственные, так называемый ономастический код культуры, входящий в состав терминов-эпонимов. Говоря о постоянно существующих концептах как о константах в культуре, Ю.С. Степанов называет, в частности, такую константу, как «человек». Имя является результатом взаимодействия культуры, языка и человека и при этом, как считает С.Н. Булгаков1, самым устойчивым в константе «человек».

Раздел «^ Понятие концепта в культуре» посвящен рассмотрению имен собственных и имен нарицательных в рамках понятия концептосферы. В настоящее время принято разграничивать понятия концептосферы имен нарицательных и концептосферы имен собственных. Концептосфера имен собственных служит для отображения определенной структурированности ономастического пространства, определенной структуры знаний о мире, организованных концептом и репрезентированных различными ономастическими знаками.

Остановившись на определениях дискурса Ю. Хабермаса, Т.А. ван Дейка, Д. Вундерлиха, Н.Д. Арутюновой, Ю.С. Степанова, В.М. Лейчика, Е.С. Кубряковой, В.З. Демьянкова и др. (раздел «Понятие дискурса и научного дискурса»), мы вслед за Е.С. Кубряковой, В.З. Демьянковым, В.М. Лейчиком понимаем под дискурсом, прежде всего, коммуникативную деятельность. В центре внимания нашей работы находится такой вид дискурса, как научный дискурс. Ценности научного дискурса сконцентрированы в его ключевых концептах (истина, знание, исследование), они сводятся к признанию познаваемости мира, необходимости умножать знания и доказывать их объективность, к уважению к фактам, беспристрастности в поисках истины, к высокой оценке точности в формулировках и ясности мышления. Результатом дискурса является научный текст, рассматриваемый нами как акт коммуникации между автором и научным сообществом, предполагающий реакцию в форме интертекстуальности (рецензия, ссылка, цитата). Таким образом, акт коммуникации предполагает не разграничение, а взаимодействие дискурса и текста.

В разделе «^ Роль научного текста в дискурсивных исследованиях» отмечается, что отечественное языкознание чаще всего исследует научные тексты различных областей знания, говоря в этой связи в последнее время о различных видах дискурса. Развитие наук вызвало потребность в соответствующем развитии специального (научного) языка (раздел «„Fachsprache“ или „Wissenschaftssprache“»). В этой связи возникла необходимость в обозначении этого понятия особым термином. Но, поставив перед собой задачу исследовать научный дискурс, мы не можем подменить этот термин термином «специальный дискурс». Однако, поскольку в научной литературе возникает проблема соотношения «специального языка» и/или «языка науки», мы считаем возможным использовать термин «язык для специальных целей», понимая под ним в первую очередь язык науки. Учитывая же многообразие языков науки, их многоаспектность и многогранность, мы предлагаем в дальнейшем использовать термин «мегаязык науки», определяя им все входящие в язык науки научные дисциплины.

Таким образом, в первой главе были рассмотрены наиболее актуальные в лингвистике понятия, являющиеся ключевыми для исследования научных текстов в лингвокогнитивном аспекте.

^ Вторая глава – «Роль терминологии в мегаязыке науки» состоит из 8 разделов.

Раздел «Научный стиль и подстили (подъязыки)» начинается с рассмотрения функционального стиля и понятия подъязыка. Вместе с Б.Ю. Городецким мы считаем, что «подъязык» – это подструктура языка, способная функционировать как язык. Понятие подъязыка не совпадает с понятием стиля. Можно сказать, что подъязык и стиль – это разные формы актуализации одного и того же явления – языка.

Подробно остановившись на терминологии вообще и подъязыке математики в частности (раздел «^ Из истории развития математической науки и подъязыка математики»), мы, принимая во внимание тот факт, что лексический состав математической терминологии начитывает более 40 000 единиц, предлагаем выделить в рамках теоретической терминологии, с одной стороны, и математической науки, с другой, особую область исследования – математическое терминоведение. Поскольку термины и терминологические системы понимаются как динамические структуры, которые рождаются в дискурсе и изменяют свое содержание и свою форму в процессе когниции, это направление в терминоведении может быть определено как когнитивно-коммуникативное.

Одной из особенностей математической и медицинской (а, очевидно, и любой) терминологии является подвижность лексического состава, его постоянное развитие: одни термины заменяются другими, появляются новые термины и новые значения. Подвижностью терминологии объясняется не только появление неологизмов, но и такие процессы в терминологии, как появление многозначных, синонимичных, антонимичных терминов, вытеснение устаревших терминов, добавление одного или двух имен к уже существующему эпонимическому термину.

Термины используются для фиксации специального знания, а также для передачи этого знания в пространстве и во времени. Существует несколько точек зрения на статус эпонимического термина.

В.М. Лейчик, С.Д. Шелов считают (раздел «^ Номенклатура и термины-эпонимы»), что наименования понятий, выделяемых из общих по такому второстепенному признаку, как имя первооткрывателя или автора, относятся к номенклатуре.

Р. Глезер, выделяя ономастику специального научного текста как промежуточную дисциплину между лингвистикой специального научного текста и ономастикой, говорит о том, что новая дисциплина изучает имена собственные в контексте научной коммуникации. При этом термины-эпонимы, по ее мнению, представляют собой лишь одну область изучения ономастики специального научного текста наряду с изучением номенклатурных наименований как составной части таксономий и товарных наименований.

В данном споре мы поддерживаем точку зрения Р. Глезер и доказываем, что термины-эпонимы – это знаки-уникумы, это термины со своими особыми (формальными и содержательными) характеристиками, находящимися в тесной зависимости от терминосистемы той науки, к которой они относятся. Мы не хотели бы делить компоненты термина-эпонима на главный и подчиненный (маркер). Учитывая коннотативное значение имени собственного в термине-эпониме, его историческую и культурную роль для каждой конкретной науки, мы не можем включить эпонимичный термин в одну группу, например, с такими понятиями, как сафено-феморальное соединение1, сафеный ствол и претерминальный клапан (номены Базельской анатомической номенклатуры) или в один ряд с наименованиями пирамидон, фурацилин и т.д.

Термины-эпонимы – это ассоциативные термины, выделяющиеся по типу мотивировки (М.Н. Чернявский), в которых мотивировка выражается косвенно, с помощью разного рода ассоциаций. Любой математик поймет разницу между «теоремой Адо» и «теоремой Бельтрами», а любой медик поймет разницу между болезнью Паркинсона и болезнью Крона, и это понимание дает именно ономастический компонент. Если мы слышим термин теорема, то в лучшем случае вспоминаем словарное определение данного существительного. Если математик слышит только Бельтрами или только Адо, то у него в голове возникает ассоциативный ряд математических явлений, связанных именно с этими фамилиями. А если специалист слышит термины-эпонимы теорема Бельтрами или теорема Адо, он тут же понимает исключительно благодаря ономастическим компонентам, что теорема Бельтрами – это теорема о минимальных поверхностях, а теорема Адо доказана для случая нильпотентных алгебр и любого поля нулевой характеристики. Болезнь Паркинсона – это дрожательный паралич, а болезнь Крона – это воспаление желудочно-кишечного тракта. Таким образом, благодаря имени собственному (антропонимическому компоненту) происходит понимание термина-эпонима.

В данной главе было рассмотрено становление терминологии в математической и медицинской науках, проведено разграничение между терминами и номенклатурой, выражено отношение к месту термина-эпонима в ономастике и терминоведении.

^ Третья глава «Исследование научных математических и медицинских текстов» состоит из пяти разделов.

Ознакомившись с существующими лингвистическими исследованиями математических текстов на материале разных языков, мы пришли к выводу, что в математике проблема терминов-эпонимов до сих пор не являлась объектом системного исследования языковедов. Не исследовались также в сопоставительном плане математические и медицинские термины-эпонимы.

При исследовании математических текстов не могло не броситься в глаза следующее обстоятельство, касающееся наиболее употребительной лексики в немецком научном математическом тексте: две лексемы – глагол gelten и прилагательное reell – встречались в рассмотренных текстах так же часто, как и термины-эпонимы. Таким образом, мы рассмотрели наиболее употребительную лексику в немецком научном математическом тексте – глагол gelten и прилагательное reell – и дали их подробную характеристику (раздел «Наиболее употребительная лексика в немецких научных математических текстах»).

В разделе «^ Содержательная структура медицинских и математических терминов-эпонимов» была рассмотрена содержательная сторона эпонимических терминов в свете метафоризации апеллятивов. По мнению С.Е. Никитиной1, один из главных источников терминологических наименований – метафоры, которые черпаются из привычной, освоенной, поименованной области знания для обозначения еще не поименованных элементов другого знания. Учитывая незначительный и приблизительно одинаковый процент метафорических апеллятивов в немецких медицинских и математических терминах-эпонимах (18% : 16%), мы можем сделать вывод о том, что метафоризация для эпонимических терминов этих наук не характерна. Судя по всему, о метафоризации математических терминов вообще и терминов-эпонимов в частности можно говорить в основном в такой области математики, как фрактальная геометрия, которая доказывает, что наше понятийное мышление структурировано метафорически. Понятия «фрактал» и «фрактальная геометрия» появились в конце 70-х годов XX века. Слово «фрактал» образовано от латинского fractus и в переводе означает «состоящий из фрагментов». Оно было предложено Бенуа Мандельбротом в 1975 г. для обозначения нерегулярных, но самоподобных структур, которыми он занимался. Определение фрактала, данное Б. Мандельбротом, звучит так: «Фракталом называется структура, состоящая из частей, которые в каком-то смысле подобны целому». Б. Мандельброт утверждает, что термины фрактальной геометрии заимствованы из лексики домашнего обихода, сферы мелкой торговли и сельского хозяйства. Ученые дают новым научным понятиям названия существующих в их повседневной жизни вещей и явлений, причем речь идет как об обычных терминах (Schneeflocken/снежинка), так и о терминах-эпонимах: Minkowski-Wurst/колбаса Минковского, Sierpiński-Teppich/ковер Серпиньского, Fatou-Staub/пыль Фату, Lévy-Staub/пыль Леви и др.

Три метафорических апеллятива – ^ Ring, Verband и Punkt – входят в термины-эпонимы как математической, так и медицинской терминосистем (Waldeyer-Rachenring — Frobenius-Ring, Gilchristverband — Dedekindscher Verband и Vogler-Punkte — Gergonnescher/Gergonnes Punkt). Максимальная представленность метафорической модели «Деятельность человека» свидетельствует об антропоцентричности подъязыков математики и медицины. Нашу мысль об антропоцентричности языка математики подтверждает и большое количество математических терминов, обозначающих органы и части тела человека: Arm – плечо (рычага), Auge – центр перспективы, Elle – локоть как старая мера длины, Fuß – минимальный нормальный делитель, Kopf – орел как сторона монеты, Locke – локон, Rumpf – тело, Scheitel – вершина (угла), Schenkel – сторона (угла), Sehne – хорда, Sohle – основание, Zopf – коса, Zunge – движок (счетной линейки), а также ряд сложных математических терминов, один из компонентов которых называет органы или части тела человека: Faustformel – упрощенная формула, Faustregel – мнемоническое правило, Faustwert – приближенное значение, Herzkurve/Herzlinie – сердцевидная кривая, Kehlellipse – горловой эллипс, Kehllinie – горловая (стрикционная) линия, Kehlpunkt – точка перехвата, горловая точка, Kopfspalte – заголовочный столбец таблицы, Kopfzeile – заголовочная строка таблицы, Nierenkurve – нефроида, Stirnfläche – торцовая поверхность.

Таким образом, в третьей главе мы дали полную терминологическую характеристику научных математических и медицинских текстов, обобщив дан
На основании этой таблицы и выявленной классификации терминов-эпонимов в целом можно сделать следующие выводы. Для эпонимических термин

Какзанова евгения михайловна лингвокогнитивные и культурологические особенности научного дискурса (на материале математических и медицинских терминов-эпонимов)

Защита состоится «___» ___________ 2011 г. в « » час. на заседании диссертационного совета Д.002.006.03 в Учреждении Российской Академии наук Институте языкознания по адресу: 125009, г. Москва, Б. Кисловский пер., д. 1, стр. 1, конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института языкознания.

Автореферат разослан «____» ____________ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая диссертационная работа выполнена в русле малоизученного направления в современной лингвистике – представления культурного знания в узкоспециальном научном негуманитарном дискурсе.

Как известно, в составе научной терминологии выделяются разные типы терминов. Мы выбрали в качестве объекта исследования термины-эпонимы как показательные термины, характерные для научных текстов и, шире, научного дискурса. В диссертации рассматриваются текстовый и дискурсивный аспекты функционирования терминов-эпонимов в математической и медицинской науках.

Эпонимом называется термин, который содержит в своем составе имя собственное (антропоним или топоним), а также имя нарицательное в обозначении научного понятия ( хопфова группа/Hopfsche Gruppe/Hopf group ). Также термин-эпоним может быть образован безаффиксным способом от имени собственного (антропонима или топонима) путем метонимического переноса ( Ампер , Agnesi ). Третью группу составляют аффиксальные производные от имени собственного (антропонима или топонима) ( якобиан , улексит ). Две последние группы малочисленны.

Имя собственное в структуре термина-эпонима делает его хранителем культуры и истории, «чтобы прошлое продолжалось в будущем, чтобы не было допущено обеднение нас великими богатствами прошлого» (Н.А. Бердяев 1 ). Исторический характер исследования, такой очевидный, благодаря историческому имени собственному во внешней структуре термина-эпонима, непременно дополняется культурным знанием, скрытым под этой внешней структурой. В нашем исследовании история тесно связана с культурой.

При выборе объекта исследования мы исходили из возросшего в научном мире лингвистического интереса к сопоставительному анализу текстов из разных специальных областей. В математических и медицинских текстах уже существует и вновь появляется большое количество терминов-эпонимов. В то же время наблюдается недостаточность их систематизации и лексикографической фиксации.

Актуальность исследования связана с необходимостью выявления исторической и культурной составляющей научного дискурса, дополняющей собственно лингвистическое и лингвокогнитивное изучение языка науки, в том числе в прикладном аспекте.

Культура – это наследственный «пучок представлений, понятий, знаний, ассоциаций, переживаний» 1 , который живет лишь в диалоге с другими культурами. Этот «пучок» аккумулирован, прежде всего, в языке и текстах, в лексических единицах и фразеологии. Применительно к данному исследованию мы можем говорить об историческом знании математического и медицинского сообществ, аккумулированном в математических и медицинских терминах-эпонимах, и о его включенности в общечеловеческое знание. Математики и медики сохранили в понятиях своих наук память об ученых, математиках и медиках. Наличие в научных текстах (например, в немецких) большого количества терминов-эпонимов связано, как нам представляется, с антропоцентризмом науки, причем не только такой очевидной, как медицина, но и математики. Именно благодаря терминам-эпонимам можно говорить об антропоцентричности математического и медицинского знания в отличие от других наук, в которых термины-эпонимы, безусловно, присутствуют, но являются не столь показательными. Главным в нашем исследовании является то, что при анализе текста и дискурса в качестве объекта изучения выступает, прежде всего, личность, человек. Таким образом, антропоцентричность исследования выводит нас как на уровень дискурса, так и когнитивной деятельности, поскольку эти понятия тесно связаны друг с другом.

Гипотеза данной работы состоит, во-первых, в том, что обязательным компонентом терминологии, формирующей научный дискурс, является культурная составляющая, и, во-вторых, что культурные концепты, отраженные в терминах-эпонимах, являются составной частью научных текстов любых специальностей, включая точные и естественные науки.

Целью настоящей работы является лингвокогнитивное и лингвокультурологическое исследование терминов-эпонимов в научных математических и медицинских текстах, а также выявление антропоцентрического аспекта при анализе языка (прежде всего в языке математики).

Такая формулировка цели исследования связана с поиском решения серьезной научной проблемы: сопоставительного анализа математических и медицинских терминов-эпонимов и выхода на уровень научного дискурса, под которым мы понимаем, прежде всего, коммуникативную деятельность. Если рассматривать научный текст как акт коммуникации между автором и научным сообществом, предполагающий реакцию в форме интертекстуальности (например, рецензии, ссылок или цитат) и подчеркивающий такой признак научного дискурса, как диалогичность, то есть направленность на узкий круг специалистов в данной научной сфере, то наше исследование, несомненно, можно назвать дискурсивным. Хотя медицинский дискурс выделяется как вид специализированного дискурса, мы в настоящей работе говорим о научном дискурсе в целом со всеми его признаками и характеристиками (интеракциональности, интенциональности, адресности, обязательности инференции – выводного знания, системы воздействия на человека – диалогичности), рассматривая медицинские тексты и медицинские термины-эпонимы в рамках научного дискурса. Какие бы разные мнения ни существовали о структуре дискурса, компонент «текст» присутствует всегда. Именно тексты и подлежат изучению при анализе дискурса, однако с выходом на другой, глубинный уровень дискурса, который невозможно вскрыть без привлечения широкого социокультурного контекста. По мнению Г.Н. Манаенко, существует четыре компонента структуры дискурса: среда, социальный субъект, содержание и текст с его спецификой отбираемых языковых средств.

Достижение цели исследования связано с решением следующих частных задач, которые одновременно являются этапами анализа:

1) Анализ принципов лексикографической фиксации терминов-эпонимов в существующих математических и медицинских терминологических словарях на разных языках. Речь идет о пункте 4.5. «Отражение терминов-эпонимов в существующих математических и медицинских словарях» в тексте диссертации.

2) Выработка параметров многоаспектной классификации терминов-эпонимов.

3) Построение многоаспектной классификации математических терминов-эпонимов.

4) Построение многоаспектной классификации медицинских терминов-эпонимов.

5) Выявление категориальных признаков терминов-эпонимов в математическом дискурсе на основе анализа отношений между персонологическим и базисным компонентами эпонимических терминов.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Термины-эпонимы представляют собой не номенклатуру, не фамильные номены, а знаки-уникумы. Имена собственные (антропонимы), входящие в состав этих знаков-уникумов, призваны идентифицировать и индивидуализировать обозначаемое понятие. Различный диапазон функционального действия антропонимов и знаков-уникумов обусловлен спецификой статуса антропонима и имени-уникума. Между антропонимами и существительными класса Unica (терминология М.Я. Блоха и Т.Н. Семеновой 1 ) имеется существенное различие, состоящее в том, что в обычном употреблении имена личные актуализируют индивидуализирующие речевые смыслы в идиолектах носителей языка, в то время как знаки-уникумы реализуют индивидуализирующую функцию в рамках общенационального языка.

2. В составе наиболее продуктивной сферы метафорического осмысления научного знания – сферы человек – выделяется метафорическая модель «Деятельность человека» (по терминологии С.Л. Мишлановой 2 ). Эта модель представлена максимальным количеством математических (67%) и большим количеством медицинских (33%) апеллятивов, входящих в состав терминов-эпонимов этих наук, что свидетельствует об антропоцентричности не только подъязыка медицины, но и математики.

3. Сопоставление словообразовательных классификаций терминов-эпонимов в подъязыках математики и медицины позволяет сделать вывод об их различных словообразовательных потенциях. Хотя по своей структуре как математические, так и медицинские термины-эпонимы представляют собой в основном сложные слова и терминологические словосочетания, их словообразовательные модели различны.

4. Рассмотрение содержательной стороны терминов-эпонимов в подъязыках математики и медицины позволяет сделать вывод об их различных метафорических потенциях. Наряду с общей метафорической моделью «Деятельность человека» апеллятивные термины в составе медицинских и математических эпонимов представлены также природными, органистическими (поведение человека, органы и их функции, части тела, пять чувств, родственные отношения – например, Kupffer — Sternzellen , Kratschmer — Reflex ) и философскими метафорами. Для медицинских терминов-эпонимов были выделены также математические и юридические метафорические модели, а для математических терминов-эпонимов – зоометафоры.

5. Выделение когнитивных и культурологических параметров классификации научных терминов-эпонимов способствует их категоризации и систематизации в сознании как специалистов-математиков, так и неспециалистов. На основе когнитивного образного осознания концепта в диссертации выделяются следующие категории: пространства, совокупности, части с подкатегориями величин, образа, фигуры, выражения, категория/концепт науки, категории объекта, процесса, действия, свойства, явления, умозрительного явления, изменения, сходства, выбора, средства; модус суждения, утверждения, результата, постановки вопроса. В дальнейшем применение категориального анализа как инструмента моделирования терминосистемы можно использовать с целью отбора терминов в словарь, с целью формирования базовой терминологии и с целью установления переводных словарных соответствий.

6. Гендерная характеристика математических и медицинских терминов-эпонимов, то есть принадлежность антропонима в их составе ученому-женщине или ученому-мужчине, свидетельствует об андроцентричности эпонимов, а также о преобладании мужской картины мира в математической и медицинской науках. Представленность женщин-ученых в математических терминах-эпонимах ограничивается шестью фамилиями – Эмми Нётер, Мария Гаэтана Аньези, Мари-Софи-Жермен, Софья В. Ковалевская, Рут Муфанг. Представленность женщин-ученых в медицинских терминах-эпонимах ограничивается тремя фамилиями – Р.Я. Голант, Г.Е. Сухарева и Хильдегард фон Бинген.

Теоретическими предпосылками исследования являются следующие положения:

— Дискурс, представляющий собой сложную когнитивную структуру, в основе которой лежит отражаемое в языке соответствие между нашим представлением о мире и репрезентацией этого представления в языке, – это, прежде всего, коммуникативная деятельность (Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, В.М. Лейчик).

— Термины-эпонимы представляют собой уникальные понятия, индивидуальность которых отражают имена собственные. В медицинской науке был период, когда некоторые инфекции просто нумеровались (третья, четвертая, пятая, шестая болезни). В математике и физике говорят о первом законе Ньютона, втором законе Ньютона, третьем законе Ньютона, но без имени собственного (Ньютон) термины «первый закон», «второй закон», «третий закон» были бы непонятны.

— Проблема знания является одной из важнейших в исследовании языка для специальных целей и его основной лексической формы – терминологии, а с целью реализации главной функции языка науки, состоящей в фиксации и передаче специального знания, используются термины-эпонимы.

— Культурологический аспект отражен в памяти человечества, аккумулированной в терминах-эпонимах. Представление культурного знания в математическом и медицинском дискурсах – это свидетельство дополнительных возможностей исследования и осмысления медицинской и математической наук.

— Когнитивный, исторический и культурный подходы к терминам-эпонимам тесно взаимосвязаны.

Для решения поставленных задач в работе применяются следующие методы и методики исследования:

1) описательно-аналитический метод , который предусматривает анализ исследуемого материала с последующим обобщением полученных результатов;

2) метод описания семантики: дефиниционный анализ , связанный с такими основными типами представления значения как толкование и выявление семантических компонентов. Этот метод явился практически основным при выявлении категорий математических терминов-эпонимов, метафорических моделей медицинских и математических терминов-эпонимов, а также синонимических и антонимических отношений, рассмотрении наиболее употребительных лексем немецких математических текстов и составлении Терминологического энциклопедического словаря 1 ;

3) историко-описательный метод , который позволил показать процесс становления математической и медицинской терминологий;

4) метод когнитивного анализа , направленный на изучение того, в виде каких ментальных репрезентаций хранится информация в голове человека;

5) сопоставительный анализ – в нашем случае проводилось сравнение отобранных на материале математических и медицинских научных текстов терминов-эпонимов друг с другом, то есть сопоставление терминов, входящих в разные терминосистемы, а также сравнение математических немецких терминов-эпонимов с английскими и русскими вариантами;

6) методика критики словарей с целью выявления наличия или отсутствия терминов-эпонимов;

7) метод микросоциологии , под которым мы понимаем дискурсивное исследование терминологии на основании Интернет-контактов с математиками России и других стран с целью заполнения энциклопедической части «Терминологического энциклопедического словаря».

Научная новизна диссертации определяется разработкой системного описания эпонимической составляющей научного дискурса с лингвокогнитивных позиций и с позиций прикладной лингвистики. В работе выделены и проанализированы категории математических терминов-эпонимов, что позволило обнаружить особенности синтеза специального и культурного знания в узкоспециальном научном дискурсе. Существенно расширен список словообразовательных моделей математических и медицинских терминов-эпонимов. Проанализированы ранее не исследованные гендерные характеристики математических терминов-эпонимов. Разработаны принципы составления энциклопедического словаря математических терминов-эпонимов, включающие элементы метода микросоциологии.

Теоретическая значимость работы заключается в постановке и решении проблемы выявления культурного знания в узкоспециальном научном негуманитарном дискурсе на основе сравнительного анализа эпонимических терминов двух разных наук – математики и медицины. Введенные в диссертации термины и понятия ( мегаязык науки, фамильный (именной) термин, математическое терминоведение, знаки-символообозначения, андрогенизация математической и медицинской науки ) вносят определенный вклад в теорию терминологии и языков для специальных целей.

Практическая ценность работы заключается в составлении «Терминологического энциклопедического словаря: математика и все, что с ней связано, на немецком, английском и русском языках», включающего около 1500 имен и приблизительно 5000 именных терминов. Основные положения и выводы диссертационного исследования можно применять в курсах лекций и при проведении семинарских занятий по прикладной лингвистике, когнитивной лингвистике, лингвокультурологии, терминоведению, терминографии. Конкретные результаты работы можно рекомендовать студентам, аспирантам-математикам и аспирантам-медикам и молодым ученым с целью повышения науковедческого уровня, а также использовать при написании работ по истории математической и медицинской наук, в лексикографической практике при составлении словарей и энциклопедий и в практике перевода.

Конкретным материалом , на основании которого проводилось исследование, послужили монографии классиков немецкой математической науки Карла Фридриха Гаусса, Курта Отто Фридрихса, Иоганна (Иогана) Радона, Эрнста Витта, Эмми Нётер, Элвина Бруно Кристоффеля, монографии по математике и диссертационная работа современных немецкоязычных авторов, научные статьи, опубликованные в немецких математических журналах с 1969 по 2008 годы, а также монографии по медицине, словари медицинских терминов-эпонимов, научные статьи по медицинской тематике и инструкции по употреблению лекарственных препаратов. Всего было проанализировано более 15.000 страниц математического и более 6000 страниц медицинских текстов. Значительно бóльшая репрезентативность математических текстов вызвана тем, что в отличие от математической, медицинская терминология довольно часто становилась объектом лингвистического анализа, поэтому было решено не повторять анализ конкретного медицинского материала и воспользоваться многочисленными исследованиями медицинских текстов в современной языковедческой науке. Сокращение исследуемого материала допустимо еще и потому, что сравнительная характеристика математических и медицинских терминов-эпонимов в процентном отношении дает достоверные результаты, которые при увеличении материала исследования будут лишь подтверждаться.

Апробация результатов исследования. Материалы диссертации отражены в 35 публикациях общим объемом свыше 70,0 п. л., включая монографию (10,3 п.л.), «Терминологический энциклопедический словарь» (24,1 п.л.), 31 статью (16,4 п.л.), в том числе девять статей в научных изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России, и два учебных пособия (24,0 п.л.). Результаты проведенного исследования докладывались на совете Кафедры иностранных языков РАН, на заседании кафедры Иностранных языков Института языкознания РАН, на заседании сектора прикладного языкознания Института языкознания РАН, на международных научных, научно-практических и научно-методических конференциях и семинарах в Москве, Ялте, Пятигорске, Челябинске, Днепропетровске.

Результаты исследования вошли в пособия по чтению и переводу специального текста, курс лекций «Лексикология современного немецкого языка» (электронная версия), практические занятия с аспирантами кандидатского семестра.

Объем и структура работы. Структура, содержание и объем диссертационной работы определяются основной целью и поставленными задачами. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованной литературы, списка лексикографических источников, списка энциклопедических источников, списка периодических изданий и трех приложений.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.